Борьба за право доступа к водным ресурсам в последние годы может перерости в политические и даже военные конфликты. Основные очаги проблемы: Африка, Азия и Ближний Восток. Египт и Эфиопия, Китай и Индия, Киргизия и Казахстан – все эти страны уже конфликтуют за ценнейший ресурс на планете. И это далеко не полный список. О конкуренции за гидроресурсы и её возможных последствиях поговорим далее.

Противоречия между Египтом и Эфиопией за водные ресурсы Нила – проблема старая, но, в последнее время, вновь актуальная. Нил — практически единственный источник пресной воды для Египта, и действия стран, расположенных выше по течению, могут серьёзно отразиться на египетской экономике.

В 2011 году Эфиопия начала строительство плотины «Хидасэ» («Возрождение») на Голубом Ниле — правом притоке реки. По планам властей, состоящая из каскада плотин ГЭС станет крупнейшей на Африканском континенте. За счёт неё страна рассчитывает не только покрыть собственные потребности в электроэнергии, но и начать экспорт в ближайшие страны.

Однако строительство плотины вызвало серьёзно беспокойство властей Египта. Они боятся, что стране попросту перестанет хватить пресной воды. Заверения Эфиопии о том, что проект не отразится на находящихся ниже по течению Египте и Судане, не успокаивают египетскую сторону. Каир при этом ссылается на соглашения 1929 и 1959 годов, наделяющие Египет и Судан правами на 87% нильских вод.

В 2015 году между Египетом, Эфиопий и Суданом была подписана Декларация о принципах совместного использования вод Нила, призванная разрешить противоречия. Сегодня ключевым вопросом стала скорость, с которой будет заполняться эфиопское водохранилище. В Каире настаивают на десятилетнем сроке — в этом случае негативные последствия для египетской стороны будут сведены к минимуму. Однако в Аддис-Абебе собираются сделать это за три года, но такой вариант не устраивает Египет и Судан. 15 января президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси заявил о нежелании страны вступать в военный конфликт за речные ресурсы, но призвал при этом Хартум и Аддис-Абебу не пытаться сократить доступ Египта к необходимым объёмам воды.

Улучшить ситуацию с водоснабжением в Северной Африке должен был грандиозный проект Ливийского лидера Муаммара Каддафи «Великая рукотворная река». В 1953 году на территории Ливии были обнаружены колоссальные подземные запасы пресной воды — открытие было сделано случайно, во время нефтеразведки.

В 1983 году был даже запущен проект по строительству ирригационной системы, которая должна была доставить пресную воду в засушливые районы Ливии. Снабжение водой «соседей» планировалось немного позже. В 2008 году проект был занесён в Книгу рекордов Гиннесса как крупнейшая ирригационная система в мире.

 

К сожалению, сегодня споры за гидроресурсы являются движущим мотивом для многих военных конфликтов. Ведь вода, в отличие от нефти, обеспечивает не только энергетическую, но и продовольственную безопасность, вода — это жизнь. И огромное количество стран испытывают большие проблемы с водой.

Не Африкой единой

А ведь Африка далеко не единственный регион с серьёзными проблемами в водообеспечении. Аналогичные разногласия существуют в Средней и Центральной Азии. Власти Таджикистана планируют построить несколько ГЭС в истоках главной водной артерии всего региона — Амударьи. Предполагается, что гидроэлектростанции появятся на реках Вахш и Пяндж, образующих Амударью при слиянии, а также на её притоке — реке Зеравшан.

Наиболее известный является проект Рогунской ГЭС на реке Вахш, идея которого возникла ещё в 70-х годах прошлого века. Но планами Душанбе крайне недовольны в Узбекистане, власти которого считают, что реализация проекта понизит уровень Амударьи и сократит объём поступающей в Узбекистан воды.

Война за воду

Река Амударья

Тем не менее строительство Рогунской ГЭС началось осенью 2016 года — в открытии стройки принял личное участие глава государства. Запуск первого агрегата ГЭС запланирован на конец 2018 года. После того как будут запущены все агрегаты, Таджикистан может покончить с дефицитом электроэнергии и превратиться в её экспортёра.

Активное сопротивляется планам Душанбе оказал Узбекистан: страна и так испытывает нехватку пресной воды, а действия таджикской стороны могут привести к заметному сокращению стока Амударьи. В 2009 году Узбекистан остановил транзит туркменской электроэнергии в Таджикистан, а в 2013 году — экспорт собственного газа. Ташкент прибег не только к энергетической, но и к транспортной блокаде, разобрав в 2011 году железнодорожную ветку Галаба — Амузанг, через которую проходило всё сообщение южных районов Таджикистана.

Война за воду

Согласно прогнозам экспертов, к 2040 году обеспеченность стран Центральной Азии водой может снизиться на четверть. Причиной станет не только глобальное изменение климата, но и рост потребления воды при росте экономик региона. 

Взаимовыгодный обмен

Ещё одной страной с дефицитом водных ресурсов является Казахстан. Около 50% стока пресной воды формируется на территории соседних с ним государств — Киргизии, России и Узбекистана. Данный вопрос является постоянным предметом споров Бешкека и Астаны: с точки зрения киргизской стороны, права Казахстана на 62% вод реки Аспары, установленные в 1940-е годы, устарели.

Ещё во времена СССР республики обменивались дефицитными ресурсами — засушливые Казахстан и Узбекистан поставляли в Киргизию и Таджикистан энергоносители, взамен получая права пользоваться стоком рек, берущих начало на таджикистанских и киргизских территориях.

Сегодня же энергоносители импортируются Бишкеком и Ташкентом по рыночным ценам, поэтому республики рассчитывают обеспечить себя электроэнергией путём возведения ГЭС.

Бишкек планирует возвести новую гидроэлектростанцию «Камбар-Ату–1» на крупнейшей реке Киргизии Нарын, дающей начало Сырдарье. Летом 2017 года Алмазбек Атамбаев, занимавший в то время пост президента Киргизии, сообщил о согласии глав Узбекистана и Казахстана на строительство ГЭС. По словам политика, речь шла о совместной работе стран над проектом.

Не смотря на это Астана очень серьёзно подошла к решению вопроса о дефиците водных ресурсов. Так, в 2013 году в Казахстане обсуждался проект по переброске в Иртыш реки Тихой, впадающей сейчас в реку Катунь. На месте нового слияния предлагалось возвести ГЭС и водохранилище. С таким предложением выступили казахстанские учёные. Кроме того, звучали предложения по развороту рек Ак-Кабы и Кара-Кабы, которые «уходят» на территорию Китая.

Казахстан, возможно, не испытывал бы сегодня дефицита водных ресурсов, если бы грандиозный советский проект по развороту сибирских рек оказался реализован. Напомним, СССР планировал направить часть стока ряда сибирских рек в Казахстан и среднеазиатские республики. Работы над проектом длились около 20 лет, однако в 1986 году Политбюро КПСС объявило об отказе от этих планов — по мнению ряда экспертов, реализация грандиозного замысла могла обернуться тяжёлыми последствиями для экологии.

Пекинский дрифт

Страны с растущими экономиками и населением остро нуждаются в пресной воде. Индия и Китай давно уже не могут поделить гидроресурсы своего региона. Особенно страдает Индия: ситуация в стране усугубляется отсутствием культуры рационального природопользования. По оценкам индийского эколога Раджендра Сингха, к 2030 году порядка 40% жителей страны могут остаться без питьевой воды.

Свои коррективы вносит соседний Китай — руководство страны вынашивает глобальные планы по перекраиванию китайской речной карты с середины прошлого века.

Главным образом китайские власти заинтересованы в перераспределении водных ресурсов на территории страны — предполагается перенаправить пресную воду в засушливые северные районы.

Кроме того, Пекин активно использует гидравлические ресурсы рек, не слишком считаясь с интересами Индии, с которой Китай делит русло крупнейшей водной артерии Азии — Брахмапутры, берущей начало на Тибетском нагорье. Власти КНР планируют перенаправить часть её потока в северные районы.

В Нью-Дели уверены, что этот шаг китайской стороны грозит серьёзными негативными последствиями для индийской экономики. Для Индии и Бангладеш эта река является одним из ключевых источников пресной воды.

Характерно, что и китайский Тибет, где берёт своё начало Брахмапутра, и индийский штат Аруначал-Прадеш, по территории которого протекает река, — политически неспокойные регионы. Тибет ещё в 2008 году сотрясали беспорядки, устроенные сторонниками выхода региона из состава КНР. Одновременно с этим индийский Аруначал-Прадеш является объектом территориальных притязаний Китая.

Пожароопасный Восток

Эксперты согласны с тем, что возрастающий дефицит водных ресурсов является причиной для многих конфликтов в мире. Ведь большая часть человечества живёт в условиях нехватки воды, ситуация усугубляется урбанизацией, развитием глобального промышленного потенциала и климатическими изменениями. Особенно остро проблема стоит в бедных странах, находящихся в засушливых регионах.

«Длящееся палестино-израильское противостояние, например, во многом завязано именно на споре за обладание пресной водой. Таких примеров множество, достаточно вспомнить о водной блокаде Крыма. Это ведь вызвало весьма серьёзные проблемы на полуострове».

Особую остроту проблема дефицита пресной воды приобретает  на взрывоопасном Ближневосточном регионе. Обеспеченность региона водой в пересчёте на душу населения составляет всего 1,5 тыс. куб. м в год, притом что среднемировой показатель достигает 13 тыс. куб. м. Следует помнить, что речь идёт в первую очередь не о бытовом, а об экономическом значении пресной воды — для сельского хозяйства и промышленности.

Турция, Ирак и Сирия давно ведут спор за воды Евфрата.

Истоки реки расположены на турецкой территории, и в начале 1990-х годов Турция фактически осушила на месяц реку, заполняя водохранилища плотины имени Ататюрка. Это спровоцировало серьёзную политическую напряжённость в сирийско-турецких отношениях.

Как отмечают эксперты, немалая доля водных ресурсов региона формируется на территориях, оспариваемых курдскими формированиями. Преимущественно речь идёт о Восточной Анатолии — именно в этом районе берут своё начало Тигр и Евфрат.

Турция — импортёр энергоносителей, страна заинтересована в развитии собственной гидроэнергетики. ГЭС им. Ататюрка обеспечивает сегодня порядка 20% потребности страны в электроэнергии, но на этом Анкара останавливаться не планирует. В 2006 году турецкими властями было принято решение о строительстве ГЭС «Илису» на Тигре. Этими планами недоволен Ирак: в Багдаде считают, что плотина ГЭС снизит ток воды в реке, что приведёт к серьёзным последствиям для иранской экономики.

Война за воду

ГЭС аттатюрка

Трения из-за речных ресурсов возникают и между другими государствами региона. К примеру, возведение в 1970-х годах сирийскими властями плотины на Евфрате в районе населённого пункта Табка едва не привело к войне с Ираком. Урегулировать конфликт удалось лишь при посредничестве Саудовской Аравии и СССР.

Крупный экспортёр сельскохозяйственной продукции — Израиль делит источники пресной воды не только с палестинцами, но и с Ливаном. В 2001 году планы Бейрута по наращиванию водозабора из реки Эль-Хасбани едва не стали причиной военного конфликта — израильский министр обороны заявил, что действия ливанской стороны рассматриваются как casus belli — повод к войне.

«Переселение народов»

По мнению экспертов, мировое сообщество должно озаботиться вопросом дефицита пресной воды, как озабочено сегодня развитием альтернативных источников энергии.

«Сегодня человечество явно недооценивает глубину проблемы в силу того, что большинство развитых стран обеспечены пресной водой. Но усугубление ситуации в целом на планете не только породит новые войны, но и ещё больше ускорит миграцию — ведь фактор водной обеспеченности тесно переплетён с экономическими и военно-политическим процессами».

Решить проблему водного дефицита сложно. На данный момент практически единственным прорабатываемым способом решения этой проблемы являет опреснение морской воды.

«В эти технологии вкладываются огромные деньги странами Ближнего Востока, но пока использовать эту воду как полноценную питьевую нельзя, речь в большей степени идёт о техническом использовании. Кроме того, такая вода обходится очень дорого. Наверное, со временем эти технологии удешевятся и усовершенствуются. Но в любом случае наличие природных источников пресной воды, какие есть, к примеру, у Бразилии и России, — большое преимущество. И эти ресурсы всегда будут предметом вожделения».

Подписывайтесь на наши каналы telegram в Тelegram и facebook в Facebook